Книга Cудей

Урок 19 – Главы 12 и 13.

На этом уроке мы завершаем изучение истории об Иеффа́е, судье, который освободил северные колена Израиля от гнёта и угроз царя Аммона. В прошлый раз мы потратили много времени на изучение вопроса о единственном ребёнке Иеффая, дочери, которая стала предметом опрометчивого обета, данного Иеффаем. Этот обет состоял в том, чтобы принести в жертву о́ла (обычно переводится как всесожжение) первого, кто выйдет из дверей его дома, когда он вернётся с битвы. Обет был дан в обмен на то, что Господь даровал Иеффаю и его армии (состоящей в основном из людей из Галаада) победу. Важно отметить, что нигде мы не видим, чтобы Господь признавал действительность этого обета.

Иеффай одержал победу, вернулся домой и его (неожиданно) первой встретила его непорочная дочь. Позже нам говорят, что он сделал с ней то, в чём поклялся Богу. Этот вопрос является спорным на нескольких уровнях, во-первых, потому, что было много сомнений в том, действительно ли Иеффай принёс свою дочь в человеческую жертву. Мы находим, что более поздние учёные (еврейские и нееврейские) предположили, что вместо того, чтобы принести её в жертву, он просто передал её левитам, чтобы она служила в скинии, и, таким образом, самым печальным последствием обета её отца было, то, что она оставалась незамужней девственницей до конца своих дней.

Второе противоречие заключается в том, что представление о том, что дочь Иеффая не была принесена в жертву, возникло только через 2000 лет после этого факта. Все письменные документы и все устные предания, существовавшие до 500 года н.э., утверждали, что дочь Иеффая была убита. Только после 500 года н.э. новое поколение учёных заявило, что это не так, и они нашли альтернативное объяснение.

Третье противоречие заключается в том, что на самом деле древнееврейский язык совершенно ясно даёт понять, что Иеффай сказал, что принесёт в жертву не какую-либо ВЕЩЬ и не животное, которое первое выйдет из его двери, а любого ЧЕЛОВЕКА. Обычное объяснение состоит в том, что Иеффай думал, что приветствовать его, когда он вернётся с войны, будет какое-то животное, поэтому был потрясён, увидев, что из его дверей выходит его дочь. Еврейский термин, указывающий на объект жертвоприношения, который Иеффай обещал Богу, – аше́р, и он относится к человеку, а не к животному. Кроме того, идея о том, что овца, или корова, или какое-то другое чистое животное, пригодное для жертвоприношения, первым побежит приветствовать его, нелогична. Собака могла бы, я полагаю, выбежать, но собака – нечистое животное. Скорее всего, в ту эпоху ожидалось и требовалось, чтобы, когда хозяин возвращался из путешествия, главный домашний слуга высматривал его, а затем бежал ему навстречу, чтобы омыть ему ноги и предложить освежиться. Только после этого его семья поприветствовала его. Таким образом, Иеффай, скорее всего, ожидал и имел в виду, что принесёт в жертву слугу (когда давал эту клятву), но был убит горем, когда его дочь нарушила стандартный ближневосточный протокол и поприветствовала своего отца раньше, чем это сделал главный домашний слуга.

Четвёртое противоречие заключается в том, что даже в Новом Завете, в послании к Евреям, Иеффай упоминается как один из великих героев Израиля и восхваляется за его служение Богу. Именно это библейское упоминание заставило некоторых христианских учёных предположить, что такая похвала Иеффаю не была бы допущена, если бы он действительно совершил такую отвратительную вещь, как совершение человеческого жертвоприношения (особенно своей собственной дочери).

В заключение я признал, что, хотя по этому вопросу могут быть разумные разногласия, моя позиция заключается в том, что всегда лучше принимать Священное Писание так, как оно изложено, в его контексте и с критическим пониманием того, какой конкретный вид литературы мы читаем (поэзия, история, бухгалтерский учёт, повествование, легенда и т.д. – всё это встречается в Библии). Таким образом, для меня почти невозможно, чтобы ясный смысл Писания в книге Судей 11 главе (которая является историческим повествованием) и непрерывные 2000 лет комментариев и устной традиции (без возражений), которые подтвердили библейскую историю о злополучной дочери Иеффая, внезапно были отброшены в сторону для другой и более новой интерпретации, которая больше соответствует современным ожиданиям и чувствам, заставляет нас чувствовать себя лучше. Я утверждаю, что Иеффай действительно пожертвовал своей дочерью, хотя это было ужасным преступлением, полностью противоречащим Торе и всем принципам Господа.

Читая 12 главу книги Судей, мы увидим ещё больше недостатков характера Иеффая, свидетельствующих о том, что он вовсе не рассматривал убийство собственной дочери как благочестивый (хотя и болезненный) религиозный акт, как нечто иное, чем ожидаемое и правильное, даже если это было разрушительно для него лично.

Откройте Библию на книге Судей.

ПРОЧИТАЙТЕ всю 12 ГЛАВУ КНИГИ СУДЕЙ.

Эта короткая глава связывает некоторые концы с концами и подводит итог целой эпохе. Помните: книга Судей – это не произведение, автором которого является какой-то один человек. Скорее это компиляция традиций и истории, которые древние редакторы собрали воедино, чтобы дать точный и убедительный отчёт о промежутке времени от 3 до 4 сотен лет между смертью Иисуса Навина и помазанием царя Саула. Таким образом, точно так же, как человек, рассказывающий о Второй мировой войне, должен был выбрать, какие из бесчисленных событий и действий в течение этого периода нарисуют наилучшую картину того, что произошло, так и он должен был логически связать всё это воедино, чтобы это было эффективно и имело смысл для будущих читателей. Это то, что представляет собой книга Судей, и поэтому мы видим необходимость в том, что записано в главе 12.

Основная направленность повествования здесь вращается вокруг колена Ефремова. Те, кто был связан с движением «Еврейские корни», знают, что Ефрем играет решающую роль в прошлом, настоящем и будущем Израиля. Хотя нет единого мнения о точной роли Ефрема в последние времена, мы можем понять некоторые аспекты присущей Ефрему природы (которые показали его уродливую голову на протяжении всей библейской истории) в книге Судей. И один из этих аспектов заключается в том, что Ефрем видит себя (или «своё я») немного выше других колен, чувствует себя важным, проявляет довольно много высокомерия и самодовольства.

Одна из причин, по которой у Ефрема было такое раздутое чувство национального величия, заключается в том, что Ефрем, вероятно, был самым многочисленным из всех колен и имел историческое значение, потому что почитаемый завоеватель Ханаана Иисус Навин был ефремитянином. Это говорит о том, что колено Иудино могло быть равным ему. Таким образом, в то время как Ефрем определённо доминировал в северной части Ханаана, Иуда господствовал на юге. Мы можем быть уверены, что, если бы Ефрем был действительно достаточно силён, он бы победил колено Иудино.

Таким образом, в главе 12 мы видим, как лидеры Ефрема приходят к Иеффаю со знакомой претензией: ты не пригласил нас. Несколько глав назад они так же приходили к Гедеону ПОСЛЕ того, как Гедеон победил врагов Израиля, появляется Ефрем и хочет, чтобы его похвалили, преклонили перед ним колени и дали ему место во главе очереди за львиную долю военной добычи, завоёванной Гедеоном и другими соплеменниками Израиля.

Гедеон показал себя способным дипломатом, а также превосходным предводителем воинов и умиротворил Ефрема. Иеффай – не Гедеон и не заинтересован в удовлетворении требований Ефрема, и у него не хватает терпения, чтобы придать их нелепым утверждениям хоть какое-то правдоподобие. Иеффай – настоящий воин, и когда ему бросают вызов, он реагирует одним способом: нападает.

Ефрем допустил роковую ошибку в суждении. В стихе 1 говорится, что они пришли к Иеффаю и пригрозили убить его и всю его семью за то, что они якобы оскорбили Ефрема, не посоветовавшись с ними относительно войны с Аммоном. Иеффай опровергает это и говорит, что на самом деле он пришёл к ним за помощью, а они остались в стороне (зная историю Ефрема, можно понять, что именно так и было).

По-видимому, это столкновение с Ефремом произошло через несколько недель после того, как Аммон потерпел поражение, потому что Иеффай уже распустил свою армию. Итак, в стихе 4 говорится, что теперь он «собрал всех жителей Галаада» (вернул их обратно) и сражался с Ефремом. Похоже, что последней каплей стало оскорбление, которое Ефрем нанёс Иеффаю при их встрече: Ефрем сказал, что жители Галаада на самом деле всего лишь дезертиры из колен Ефрема и Манассии. Ефрем называет армию Галаада толпой оборванцев, у которых нет статуса, чтобы руководить или управлять, потому что они недостаточно благородны, чтобы причислять их к братьям-израильтянам.

Без сомнения, это обвинение пробудило в Иеффае давнюю жгучую горечь, поскольку он был изгнан из Израиля из-за того, что его мать была проституткой. Он был изгнан из своей собственной семьи, потому что они считали его статус слишком низким. Именно это изгнание заставило его собрать свою банду разбойников и совершать набеги на израильские и другие караваны, чтобы заработать на жизнь, а затем, позже, ведущие люди Израиля (когда они были в отчаянном положении) попросили Иеффая вернуться домой и использовать свою армию, чтобы сражаться за них. Именно отряд Иеффая теперь возглавлял войска, положившие конец притеснению Аммона над Израилем, но Ефрем (который даже не участвовал в битве) говорит, что жители Галаада никогда не были достойны такой задачи.

Позвольте мне нарисовать для вас, образно говоря, картину на этом этапе. Я хочу, чтобы вы увидели, насколько разделённым стал Израиль к эпохе Иеффая со времён Моисея, а затем Иисуса Навина. Ефрем был соперником Иуды, они не были единой семьёй. Они оба жили на западном берегу Иордана. Галаад был расположен на восточной стороне, и поэтому жители запада воспринимали его практически как другую нацию, хотя они и были евреями. Ефрем и Иуда хорошо знали, что, хотя Моисей позволил некоторым израильским племенам жить в Трансиордании, хотя это и не была святая земля обетованная, описанная Аврааму. Таким образом, те 9 с половиной колен, живших внутри Ханаана, считали себя лучше, чем 2 с половиной колена, которые предпочли жить на восточном берегу реки Иордан (за пределами святой земли). Эти 2 с половиной колена были весьма чувствительны к этой реальности, а не просто немного обидчивы, когда поднималась эта тема. Итак, мы видим, что существовал огромный и растущий раскол между израильскими племенами, жившими в Трансиордании, и теми, кто жил в Ханаане. И между теми израильскими племенами, которые жили в Ханаане, но были больше связаны с Ефремом на севере, по сравнению с теми, кто был больше связан с Иудой на юге.

Эта реальность особенно наглядно демонстрируется в стихах 5 и 6. Потому что после того, как Иеффай напал на Ефрема и разгромил их, после того, как Ефрем понимает, что, несмотря на большое количество верных солдат, у них нет шансов против этой опытной и жёсткой армии людей из Галаада, мы видим, что войска Ефрема разбегаются во всех направлениях, пытаясь спастись, и лгут о своих личностях, когда их ловят.

Битва между людьми Иеффая и Ефрема происходила в основном на восточном берегу реки Иордан, и солдаты Ефрема пытались вернуться через Иордан на свою землю на западе. Зная это, Иеффай послал своих людей охранять места перехода вброд. Когда ефремлян поймали и допросили, они отрицали, что они ефремляне, но какой-то умный офицер из Галаада придумал простой тест. Каждый мужчина, пытавшийся перейти Иордан вброд, должен был произнести слово «шибболе́т». Если они не могли правильно произнести его и вместо этого говорили «сибболет», то это идентифицировало их как ефремитов, и их убивали на месте.

Шибболет, как и многие еврейские слова, имеет два совершенно разных значения. Оно может означать початок кукурузы или разлив реки, его употребление зависит от контекста. Поскольку контекст здесь таков, что этот допрос происходил у бродов реки Иордан, очевидно, что значение было «разлив реки», а не «початок кукурузы».

Итак, мы видим, что раскол между израильскими племенами стал настолько серьёзным, глубоким и развивался в течение такого длительного периода времени, что каждое племя (или коалиция племён) к настоящему времени даже приобрели свой собственный диалект. Точно так же, как в любом языке существуют различные диалекты, которые позволяют нам легко определить, откуда человек родом, так было и среди израильтян. По-видимому, ефремиты утратили способность произносить букву «шин», которой обозначается звук «ш», и вместо этого могли произносить её только как звук «с». Эта особенность оказалась фатальной: армия Иеффая разгромила армию Ефремлян и убила 42 000 из них, потому что многие из них не могли издать звук «ш» и таким образом скрыть свою принадлежность к определённому колену, чтобы спастись. Это, без сомнения, (в течение многих лет) сильно ограничило способность Ефрема как защищать себя, так и проецировать свою власть на других, поэтому его статус на некоторое время снизился в результате его высокомерия, которое привело к этой непродуманной и совершенно ненужной битве с Иеффаем и сильно оскорблёнными людьми из Галаада, который сослужил такую добрую службу Израилю.

Далее нам говорят, что Иеффай судил в течение 6 лет, а затем умер. Это не осталось незамеченным древнееврейскими мудрецами, и мы тоже должны принять это к сведению. Судейство в течение всего 6 лет было очень коротким промежутком времени, нормой для более ранних шофети́м было примерно от 20 до 80 лет. Далее, в оригинале на иврите говорится, что он был похоронен в некоторых нераскрытых городах (множественное число, несколько городов) в Галааде, а не в одном городе, выбранном из нескольких городов Галаада.

По мнению древних мудрецов, должна была быть веская причина для такой короткой продолжительности суда, учитывая великие победы, которые Иеффай одержал над врагами Бога, и объяснение, как он мог быть похоронен в нескольких городах. Они решили, что из-за великого греха Иеффая – убийства дочери ради выполнения обета – Господь наказал его. Послушайте текст из мидраша в Талмуде на эту тему:

«Поскольку он был поражён проказой в наказание, его смерть была медленной, его конечности отваливались одна за другой и были похоронены в разных городах, где они случайно отвалились».

Вне зависимости от того, точно это описание или нет, оно ещё раз указывает на то, что, хотя, с одной стороны, Иеффай совершил некоторые великие дела для Господа, с другой стороны, он совершил несколько подлых и почти немыслимых грехов.

Мы уже обсудили один из этих великих грехов, а другой заключается в том, что из-за того, что Ефрем, оскорбляя Иеффая, задел его чувствительные болезненные точки, Иеффай безудержно мстил и убивал Ефрема. Нет никаких доказательств того, что Ефрем когда-либо причинял вред Иеффаю, скорее, он просто угрожал и оскорблял. Но в ответ Иеффай напал и безжалостно убил 42 000 ефремлян. На самом деле он зашёл так далеко, что блокировал переправы через реку Иордан, а затем убивал солдат, которые бросили оружие и просто пытались вернуться домой. Опять же, Иеффай имел дело не с каким-то иностранным врагом, а со своими еврейскими братьями, которых он убивал только по той причине, что вожди Ефрема пренебрегли им и глубоко расстроили его. Это были не хананеи, которые должны были быть изгнаны с земли по указанию Бога, они были собратьями-израильтянами. Итак, Иеффай был человеком, чьи кровожадные поступки использовались Иеговой в Своих целях, но, когда он не находился под руководством и контролем Святого Духа, эти же качества приводили его к чудовищным поступкам.

Эпоха Иеффая закончилась, и после него пришел Есевон. О нём практически ничего не сказано, мы даже не уверены в его племенной принадлежности. Некоторые говорят, что он, должно быть, был из колена Иудина, потому что он был из Бейт-Лехе́ма. Но, как обстоят дела и с другими географическими названиями, в Ханаане было несколько Вифлеемов, и поскольку Есевон унаследовал власть от Иеффая, он должен был править либо северо-центральной частью Ханаана, либо Галаадом на восточном берегу Иордана, а может быть, и тем, и другим. Поэтому крайне маловероятно, что этот Вифлеем – тот, о котором мы думаем сегодня, находящийся на территории Иудеи, на юге Ханаана.

То, что у шофе́та Ибза́на было 30 сыновей и 30 дочерей, указывает на то, что он был богатым аристократом. Это рисует интересный контраст между Иеффаем, у которого был всего ОДИН ребенок, и это была дочь, которая в итоге была убита в юности, и этим человеком, который последовал сразу же за Иеффаем. 30 дочерей на самом деле были невестками, жёнами его сыновей, которых он привёз из-за границы. Переводы, где говорится, что у Есевона было 30 биологических дочерей не очень хорошие на самом деле. Он привёз 30 иностранных женщин для своих биологических сыновей. Это и были те самые 30 «дочерей», и они были иностранками.

Это хорошо согласуется с постоянно ухудшающимся положением Израиля (нееврейские женщины, подобранные в жёны для сыновей-евреев). Это не только противоречит заповедям Торы, но и подчёркивает, что израильтяне были больше заинтересованы в следовании типичным ближневосточным обычаям, практикуемым их соседями-язычниками, чем в повиновении Богу. Это привлечение чужеземных жён было обусловлено только одной целью: заключением мирных договоров с соседними языческими царствами. Смешанные браки были тогда и оставались на протяжении веков основным средством создания союза между нациями.

Мы видим, что Есевон судил всего 7 лет, на один год больше, чем Иеффай. Опять же, нам нужно только сравнить его короткое правление с его плохим руководством и образом жизни, чтобы понять, почему период судейства такой короткий. Тем не менее, по общему мнению, он был шофе́т, помазанный Богом судить Израиль, и ни в коем случае не самозванцем.

После Есевона пришёл шофет Елон из колена Завулонова. О нём рассказано ещё меньше: он правил 10 лет и умер.

Следующим был Авдон, у которого было 40 сыновей и 30 внуков. То, что эти сыновья ездили верхом на ослах, говорит о том, что это также была аристократическая семья. Такое количество детей также указывает на множество жён (вероятно, у него было более 40 дочерей в дополнение к сыновьям), а также на то, что он правил во времена мира и процветания (хотя со времени его божественного помазания до его смерти прошло всего 8 лет).

Давайте перейдём к главе 13 книги Судей и истории, которую мы все слышали, когда ещё были детьми, про силача Самсона.

Прежде чем мы прочтём эту главу, позвольте мне вкратце подготовить почву для её изучения.

Знатоки Библии и те, кто изучает Библию, часто обращались к истории Самсона и говорили, что он, безусловно, не был типичным судьёй. Но после того, как мы изучили большинство судей, мы могли бы легко ответить на это утверждение вопросом: «А кто такой типичный судья?» Каждый из них неизменно действовал по-своему, у каждого неизменно был свой собственный набор недостатков и сильных сторон характера, которые соответствовали их собственным личным целям, а иногда и воплощали Божьи планы, и, таким образом, мы обнаруживаем, что, как и все остальные, Самсон также был не похож на других. Я думаю, что после стольких уроков углублённого изучения шофети́м можно с некоторой уверенностью сказать, что точное или всеобъемлющее определение того, кем был судья и что он делал, находится только в пределах нашего воображения! Ни один из них не был похож на другого.

Самсон жил во времена филистимского гнёта, который продолжался около 40 лет. Для нас важно визуализировать, что у нас есть совпадение во времени между жизнью и миссией Самуила (о котором нам ещё предстоит прочитать) и Самсона. На самом деле притеснение филистимлян на западе, недалеко от Средиземного моря, началось в то же время, когда действовал судья Иеффай, который был помазан на борьбу с притеснением аммонитян над той частью Израиля, которая жила в Трансиордании. Дело в том, что в некоторых случаях Израиль отбивался от жестокой агрессии, а в других случаях просто преодолевал социальное языческое давление одновременно в нескольких областях. Во времена Самсона не было ни одного колена Израилева, которое не боролось бы за свою жизнь или образ жизни в той или иной форме.

Ко времени Самсона филистимляне уже отняли у евреев драгоценный ковчег завета, что стало результатом катастрофической войны и печального поражения израильтян в последние годы правления Илия, первосвященника Израиля. Теперь, поскольку истории Илия, а затем Самуила появляются в Библии ПОСЛЕ истории о Самсоне, может показаться, что война с Филисти́ей и потеря ковчега завета произошли в более позднее время, но на самом деле это просто рассказы о разных событиях, происходящих в разных местах примерно в один и тот же узкий отрезок времени.

Давайте внесём ясность: во времена Самсона нам нужно быть осторожными в использовании термина «угнетение», когда речь идёт о филистимлянах. Действительно, они одержали верх, они были хозяевами региона, но они не пытались уничтожить местных израильтян любыми средствами. Когда мы внимательно читаем Священное Писание, а также изучаем некоторые внебиблейские источники, мы склонны видеть политический и социальный ландшафт вдоль западного побережья Ханаана, в котором филистимлян в целом не любили, но в некотором смысле восхищались и принимали соседние израильские племена и кланы. Подумайте на минуту об Ираке 2008 года. Многие люди в Ираке по разным причинам были более чем готовы к присутствию вооружённых сил США, в то время как другие были глубоко возмущены этим и отдали бы свои жизни, чтобы увидеть изгнание американских войск. Немногие иракцы, если таковые вообще имелись, были в восторге от присутствия иностранных оккупационных сил в своей стране, но всё большее число хотели оставить позади древние отсталые методы фундаментальной исламской экономики и права ради некоторых из более передовых методов запада. Они не хотят отказываться от ислама, но они хотели бы включить в свою систему меньше насилия, некоторые дополнительные личные свободы и больше процветания, а также иметь в своём распоряжении материальные блага, которые есть в более развитом мире. Многие иракцы видели, что США – это не кучка варваров, стремящихся разграбить богатства их страны, или которые хотят контролировать каждый аспект их жизни, или которые разъезжают на бронированных машинах, стремясь убить всё, что движется, или которые даже хотят быть там постоянно.

Тем не менее, США настолько продвинуты в сравнении с ними, настолько богаты и настолько подавляюще могущественны, что это вызывает у значительной части иракского общества чувство зависти и горечи в связи с их присутствием. Хотя могут быть элементы западной культуры, которые они хотели бы сформировать и перенять (молодёжь особенно открыта для радикальных изменений), пожилые жители были весьма взволнованы, поскольку некоторые из менее желанных атрибутов западного общества также проникают и привязываются к их традиционной восточной культуре. Естественно, в таком развитии событий обвиняют США.

В этой иллюстрации просто замените Ирак на Израиль, а Соединённые Штаты на филистимлян, и у вас будет довольно хорошее представление о том, как развивались события, и как жилось израильтянам, и как две стороны взаимодействовали в эпоху Самсона. Филистимляне не навязывали израильтянам свой путь, но развитое общество филистимлян с его передовыми технологиями, огромной общественной организацией, неудержимыми вооружёнными силами, процветанием и богатством, а также привлекательной религией притягивало многих израильтян к нему, как стальной шар к мощному магниту. Молодые евреи не видели никакой угрозы, для старых не было ничего, кроме угрозы. Они знали, что следование обычаям язычников в конечном итоге приведёт к Божьему гневу на них за идолопоклонство.

Израильтяне всегда испытывали опасную тягу к таинственным вавилонским религиям, методы религиозной практики филистимлян были не менее привлекательными. Смешанные браки между евреями и филистимлянами теперь были обычным явлением, и немногие израильтяне даже высказывались против этого, потому что это было бы расценено как фанатизм. Деловое партнёрство между израильтянами и филистимлянами было обычным делом, оно приносило пользу обеим сторонам. Только самые опытные современные археологи могут отличить древнееврейскую керамику от филистимской, относящейся к 12-11 веку до н.э. (эра Самсона), настолько переплетёнными стали эти два общества.

Вот на что следует обратить внимание, когда мы будем изучать эту увлекательную историю: во-первых, характер Самсона. Он был похож на неуправляемого малолетнего преступника. Он понимал своё огромное преимущество в силе, восхищение молодых людей и девушек, которое оно приносило с собой, и у него не было проблем с использованием его для личного удовольствия. Во-вторых, поведение Самсона было почти шизофреническим: в один момент он был готов рисковать своей жизнью ради более чистых путей израильской религии, а в следующий он развлекался с язычниками. В-третьих, в то время как Самсон признавал свой статус назорея (данный ему, когда он был ещё в утробе матери), из нескольких требований Торы, предъявляемых к назорею, единственным, о чём он, казалось, заботился, были его длинные волосы. Мы обнаружим, что он пил алкоголь, прикасался к мёртвым и ел пищу, которую ему не следовало есть.

Позвольте мне закончить сегодняшний урок вот чем: иногда я задаюсь вопросом, не размышлял ли апостол Павел о Самсоне и его личной неспособности делать то, что правильно перед Господом, хотя он ЗНАЛ, что ему следует делать, а чего не следует. Потому что в Послании к Римлянам мы видим, как плодовитый и вдумчивый Шау́ль размышляет о своём собственном удручающем состоянии, которое до жути напоминало этого человека почти неограниченной силы, жившего за 1200 лет до него.

Откройте свои Библии на послании к Римлянам.

ПРОЧИТАЙТЕ ПОСЛАНИЕ К РИМЛЯНАМ 7:14-24.

Я думаю, что Самсону вполне могли прийти в голову те же самые мысли после того, как он по глупости позволил остричь свои волосы, и ему выжгли глаза, филистимляне заключили его в тюрьму и дали унизительные задания для публичного выполнения.

Разница в том, что в то время как Самсон не знал ответа на вопрос: «Кто спасёт меня от этого тела, которое несёт мне смерть?», Павел знал. Потому что в стихе 25 Павел смело и с большим облегчением провозглашает: «Я благодарю Бога за Его спасение через Иисуса Христа, Господа нашего».